Menu
menu

Одно из чудес фотографии – это машина времени, ещё не раз вспомню об этом феномене. Перед моими глазами портрет Эльгуджи Хачвани.

Увидел фотографию и вспомнил весь день, с подробностями и даже с запахами.
Доля секунды может поднять целый пласт памяти. В этот день мы с Ниной решили сходить к леднику Шхара, что находится в нескольких километрах от Ушгули в самом начале долины.

По дороге мы догнали немецкую группу, которая взяла нескольких лошадей у местных жителей. Мы присели с ними на привал поговорить. Вдруг Нина заметила странное поведение одной из лошадей, а через несколько минут из под хвоста уже торчали маленькие ноги жеребёнка в плёнке. Потом мы стали свидетелями чуда рождения живого существа. Удивили нас немцы, каторые со знанием дела помогали лошади разродиться. Позже мы узнали, что Тиль и Кристина живут недалеко от Мюнхена, и в их хозяйстве есть лошади. В общем нашей лошадке и её детёнышу повезло. Мы продолжили путь к леднику, думая о случившемся. Тиль не знал, что лошадь на сносях, и думал, что хозяин тоже не знал об этом, так как тот совсем недавно приобрёл лошадь.
Насладившись созерцанием ледника и мощного потока реки, которая буквально вырывалась из-под ледниковой стены, мы, уставшие, возвращались в деревню.

В километре от деревни мы увидели мужчину, который шёл рядом с лошадью, чуть дальше на шатающихся тоненьких ножках бежал жеребёнок.
Хозяина звали Эльгуджа, мы поздравили его с днём рождения коня, он был в счастливой растерянности – утром отдал напрокат одну лошадь, сейчас возвращается домой с двумя. Чуть позже вечером мы пришли к нему и сфотографировали его с жеребёнком, который получил имя Орёл.

Человеческая память хранит всё, что происходило с человеком, и всё, что он видел, только извлечь информацию из этого огромного “хранилища” пока не всегда умеет. Фотография же может быть ключом к хранилищу.

P.S. История с жеребёнком имела продолжение. Через пару дней после его рождения я, сокращая путь в центр деревни, пошёл через участок, где паслась наша парочка. Мама-лошадь была привязана на длинном тросе, который был полностью натянут, она тянулась к строению типа клозет, старому и заброшенному. Лошадь нервничала, храпела и тихонько ржала. Жеребёнка не было видно. Когда я подошёл к этой будке, то увидел, что малыш провалился в яму под ней, повезло,что яма была сухой. Как назло, все сваны были в горах на покосе (горячая пора, которую нельзя пропустить). Я позвал Нину, и началась операция по спасению Орла. Было непросто, но закончилось хорошо.

Эльгуджа пообещал, что Орел мой, когда бы я не приехал.